+7(499)-938-42-58 Москва
+7(800)-333-37-98 Горячая линия

Сирийские беженцы в европе. Исход XXI века: почему сирийские беженцы выбирают Европу

Содержание

Тысячи за колючей проволокой. Зачем Эрдоган создал кризис на границе с ЕС и при чем тут Сирия?

Сирийские беженцы в европе. Исход XXI века: почему сирийские беженцы выбирают Европу

Ольга Просвирова Русская служба Би-би-си

Правообладатель иллюстрации Sakis MITROLIDIS / AFP Image caption Это фото сделано 2 марта у границы Греции и Турции. Чтобы остановить поток мигрантов, власти Греции привезли на КПП колючую проволоку

Тысячи человек – в том числе совсем маленькие дети – последние несколько дней спят на земле у границы Турции и Греции. Беженцы из Сирии мечтают попасть в Европу, где, как они считают, их ждет лучшая жизнь. Турция совсем не возражает: власти открыли границу и пообещали не препятствовать мигрантам.

По последним данным, заявил глава турецкого МВД Сулейман Сойлу, границу с Грецией уже пересекли более 130 тысяч нелегальных мигрантов. Греция, которая всеми силами пытается остановить поток, говорит, что не готова к такому числу людей.

Но зачем все это президенту Турции?

Да, на границе Турции и Греции – очередной кризис.

В прошлую субботу президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган прямо заявил, что не планирует закрывать границу с Европой или сдерживать мигрантов. Услышав об этом, беженцы из разных стран, в том числе из Сирии и Ирака, начали стягиваться к границе, надеясь попасть в Европу.

Опасаясь наплыва нелегальных мигрантов, власти соседней Греции установили на контрольно-пропускных пунктах колючую проволоку – граница оказалась закрыта с европейской стороны. Но желающие оказаться в Европе продолжают в надежде на удачу выстраиваться в очереди, разбивают палатки или спят прямо на голой земле. А многие предпринимают попытки все-таки прорваться в Грецию.

За прошедшие несколько дней мигранты уже закидывали греческих пограничников камнями и использовали металлические прутья. Пограничники в ответ применяли слезоточивый газ.

Media playback is unsupported on your device

Война в Сирии: в ЕС идет новая волна мигрантовВо вторник появилось видео, на котором видно, как береговая охрана Греции стреляет в воду рядом с надувной лодкой, полной мигрантов, а затем греческий катер отталкивает лодку обратно в море, вынуждая ее вернуться в Турцию.

Некоторым, пытавшимся пересечь границу по воде, все же удалось добраться до греческого острова Лесбос: на кадрах – белая надувная лодка, в которой сидят больше 30 человек, в том числе маленькие дети. За кадром слышны крики местных жителей: “Уезжайте, отправляйтесь назад!”

Откуда столько людей? И зачем им в Европу?

В Турции, где живут около 85 млн человек, уже находятся 3,7 млн беженцев только из Сирии (около 44% из них – дети), и власти утверждают, что уже не могут справиться с потоком нелегальных мигрантов.

По данным на 2019 год, абсолютное большинство – 98% – сирийских беженцев живут в городской и сельской местности, вне центров временного размещения или лагерей. Большинство при этом жалуется на отсутствие работы и невозможность прокормить семью. В Европе, рассчитывают беженцы, их ждет лучшая жизнь.

Аналогичная сегодняшней проблема остро стояла и несколько лет назад, до заключения между Евросоюзом и Турцией соглашения по беженцам в 2016 году. Но тогда в стране было 2,73 миллиона сирийских беженцев, которые также пытались попасть в Европу.

Правообладатель иллюстрации Sebnem Coskun/Anadolu Agency via Getty Images Image caption Это фото сделали во вторник, 3 марта, недалеко от контрольно-пропускного пункта Пазаркуль, где до сих пор остаются тысячи человек – в основном сирийцы, иракцы и афганцы.

Что предполагало это соглашение?

  • Греция могла отправить обратно в Турцию всех прибывающих сирийских беженцев, а Турция должна была принять их назад.
  • Взамен Турция получила 6 млрд евро на помощь мигрантам и беженцам.
  • За каждого нелегального мигранта, возвращенного в Турцию, Европа предоставит убежище одному беженцу из турецких лагерей.
  • Соглашение касалось только сирийцев и не распространялось на беженцев из Ирака, Афганистана, Пакистана или других стран.

После подписания соглашения количество мигрантов, прибывающих в Грецию, резко сократилось.

Нынешнее решение Турции фактически означает отказ выполнять условия этого соглашения 2016 года. При этом президент Эрдоган заявил, что Евросоюз не предоставил никакой помощи в переселении сирийских беженцев в безопасные зоны в Сирии.

Почему сейчас?

Решение открыть границу Эрдоган принял сразу после того, как в сирийской провинции Идлиб в результате авиаударов погибли 30 турецких военных. Турция ответила ударами с земли и воздуха, заявив позднее о 60 жертвах своих обстрелов.

Идлиб сейчас, пожалуй, – самая важная точка на карте Сирии. Именно здесь сконцентрировались силы повстанцев и джихадистов, пытающихся свергнуть Башара Асада. Именно поэтому войска сирийского президента в декабре начали наступление, что и привело к массовому перемещению людей: почти миллион жителей бежал от войны к турецкой границе.

Правообладатель иллюстрации IBRAHIM YASOUF/AFP Image caption Почти миллион человек бежал из Идлиба при наступлении правительственных войск

При этом Эрдоган преследует в Сирии собственные интересы и считает Идлиб своей зоной влияния: не только из-за проблем с беженцами, но и из-за необходимости решать внутриполитические проблемы Турции. Многие независимые эксперты сходятся во мнении, что так Эрдоган пытается поддержать образ защитника сирийских суннитов от шиитской власти Асада.

“Эй, Европейский союз! Если вы попробуете назвать нашу операцию [в Сирии] вторжением, то мы откроем границы и отправим к вам 3,6 млн беженцев”, – предупреждал в октябре Эрдоган.

Еще в пятницу, 28 февраля, в Европе рассчитывали, что кризиса не будет: глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель говорил о приверженности Турции соглашению 2016 года. А уже в воскресенье Боррель созвал внеочередное заседание Совета ЕС по иностранным делам из-за ситуации в Идлибе.

“Это вызывает неисчислимые человеческие страдания среди населения и оказывает серьезное воздействие на регион и за его пределами. Европейский союз должен удвоить усилия по преодолению этого ужасного человеческого кризиса всеми имеющимися в его распоряжении средствами”, – заявил Боррель.

Источник: https://www.bbc.com/russian/news-51723886

До чего доведут Европу беженцы? (обзор иноСМИ)

Сирийские беженцы в европе. Исход XXI века: почему сирийские беженцы выбирают Европу

«Волосы», «лоб», «рот»… Такое пособие для изучения немецкого языка с портретом канцлера ФРГ в качестве иллюстрации используют волонтеры, помогающие изучать немецкий язык беженцам в городе Лимбурге.

Оптимистично настроено и одно из ведущих немецких изданий Deutsche Welle. «В этом году в Германии могут попросить политическое убежище от 800 тысяч до 1 миллиона человек. Сразу же встает вопрос: кто за все это заплатит? Ответ предельно прост: государство в лице федеральных, земельных и местных властей.

В Берлине исходят из того, что суммарные расходы на прием беженцев могут достигнуть в 2016 году 10 миллиардов евро. Много это или мало?

По итогам первых шести месяцев 2015 года бюджетный профицит всех государственных органов власти ФРГ составил 21,1 миллиарда евро, из которых половина пришлась на федеральное правительство. Таким образом, стабильный рост немецкой экономики и рекордно высокая занятость за полгода обеспечили Берлину сверхплановые налоговые поступления в размере этих самых 10 миллиардов».

Почему беженцы из Сирии не воюют за свою страну?

«Еще два года назад в Сирии военные действия велись между режимом Ассада и его противниками, которые объединились в Сирийскую свободную армию (ССА), — пишет известный публицист Аурелия Георгиева. — Два года назад в этот конфликт добавилась третья сторона – ИГ (Исламское государство).

В таких нечеловеческих условиях беженцы доезжают до Германии

Ассад проводит принудительную мобилизацию. По последним сведениям призывают уже 15-летних. У тех, кто не хочет воевать за диктатора Ассада и за ИГ, выбор не очень большой. Либо уклоняться, либо вступать в Свободную армию.

Уклоняться от мобилизации можно только одним способом – бежать из страны.

Семьи тех, кто вступает в Свободную армию, для того, чтобы выжить, тоже вынуждены бежать из страны.

Если режим узнает, что кто-то из семьи воюет в ССА, то семья либо будет расстреляна, включая детей, либо, если это обеспеченная семья, кто-то из мужчин будет арестован.

Вытащить можно за большие деньги, а потом ничего не остается, кроме как бежать из страны. Ну а ИГ просто уничтожает всех, кто им не нравится».

Почему они не едут в соседние страны?

Едут. По данным ООН (26 марта 2015) половина населения Сирии сейчас беженцы. 6,5 миллионов внутренние беженцы и почти 4 миллиона сирийских беженцев сейчас находится за пределами Сирии. В Турции 1,7 миллиона, в Ливане 1,2 миллиона (в Ливане 4,5 миллиона населения), в Иордании 0,6 миллиона, в Ираке и Египте примерно по 200 тысяч.

В соседних странах нет войны

Да, в Турции, Ливане, Египте войны нет. Но вариантов там для сирийских беженцев не очень много.

Последние часы беженцев на родине поистине кошмарны

Либо оставаться в лагерях беженцев и ждать, когда в Сирии закончится война, которая длится уже четыре года и надежд на ее окончание не видно. Либо пытаться устраиваться в тех странах, в которые попали. Беженцам из Сирии в этих странах запрещено легально работать. Средства, которые люди брали с собой, давно закончились. А нужно что-то есть и где-то жить.

В Турции основными кормильцами являются дети, в основном от 6-ти до 14 лет, которые нелегально работают на швейных фабриках по 12-14 часов в день за бесценок.

Взрослых на эти работы не берут, потому что им нужно больше платить, да и нажаловаться могут.

Так постепенно люди попадают в ситуацию, когда терять больше нечего, а нужно думать о том, как выжить.

Европа захлебнется от мусульман и террористов

«Не захлебнется. У нас есть большой опыт, — пишет Аурелия Георгиева. — После Второй мировой войны в Германии было от 12 до 15 миллионов беженцев. Несколько миллионов беженцев из ГДР приняла ФРГ в конце 80-х. Нет ни одной немецкой семьи, которая не знала бы, что такое беженцы.

Жители Мюнхена встречают беженцев

Для Германии даже миллион беженцев абсолютно посильная задача. Это только вопрос организации. Не говоря уже о ЕС.

По поводу того, что эти беженцы привезут к нам исламский терроризм. Большую часть беженцев сейчас принимает Германия. До сих пор мы очень неплохо справлялись с угрозой исламского терроризма и у меня нет оснований полагать, что дальше должно быть хуже.

В Германии порядка 4,5 миллиона мусульман. Из них около 7 тысяч последователей салафизма (агрессивной формы), и из этих 7 тысяч меньше 1 тысячи тех, кто представляет опасность.

Они у нас посчитаны. Из тех, кто приезжает сейчас, все подростки и взрослые, подчеркиваю – все, будут проходить собеседование со службами безопасности. Если даже наши службы что-то упустят, то население подставит плечо. Т.е. банально настучат, если заметят что-то подозрительное. Ну а стопроцентную гарантию в этой жизни дает разве что страховая кампания».

Почему Германия ввела контроль на границе с Австрией?

Сегодня власти ФРГ ввели контроль на границе с Австрией, чтобы ограничить поток беженцев в страну. Об этом заявил глава МВД ФРГ Томас де Мезьер. По словам министра, главная цель состоит в том, чтобы ограничить приток мигрантов из Австрии в Германию. Он также добавил, что это решение было принято из соображений безопасности и обсуждалось с австрийской стороной.

Власти ФРГ ввели контроль на границе с Австрией

Тем временем вице-канцлер ФРГ Зигмар Габриэль заявил, что из-за бездействия Европы по проблеме беженцев Германия сейчас «находится на грани своих возможностей».

Об этом он сказал в интервью газете Der Tagesspiegel, опубликованном в воскресенье, 13 сентября.

По словам Габриэля, речь идет не о количестве мигрантов, а о скорости, с которой они прибывают: землям и коммунам сложно с этим справиться.

За выходные дни, 12 и 13 сентября, в Германию прибыло до 40 тысяч беженцев, большинство из них — в Мюнхен.

Всего с начала месяца в город прибыли более 63 тысячи человек, из них свыше 12 тысяч — 12 сентября. Глава администрации Верхней Баварии Кристоф Хилленбранд заявил, что для некоторых беженцев уже не хватает спальных мест во временно оборудованных лагерях, им придется спать на матрасах.

Источник: https://365info.kz/2015/09/do-chego-dovedut-evropu-bezhentsy-obzor-inosmi

В европе всерьез опасаются нового миграционного кризиса. президент турции реджеп эрдоган грозит пустить в европу миллионы беженцев из сирии — meduza

Сирийские беженцы в европе. Исход XXI века: почему сирийские беженцы выбирают Европу

Число заявок на получение статуса беженца в Европе летом этого года оказалось рекордным с весны 2017 года. В последние недели выросло число людей, прибывающих из Турции на греческие острова Эгейского моря в поисках убежища.

Ситуация заставила многие европейские СМИ заговорить об угрозе нового миграционного кризиса, подобного тому, что в 2015-2017 годах.

Опасения особенно усилились после того, как президент Турции Реджеп Эрдоган пригрозил открыть двери в Европу для беженцев из Сирии, если ЕС не окажет его стране дополнительную поддержку. «Медуза» рассказывает, насколько реальна такая угроза.

Что происходит в Греции?

С начала 2019 года на территорию Греции прибыло почти в полтора раза больше мигрантов, чем за аналогичный период прошлого года: свыше 32 тысяч по сравнению с 22 тысячами год назад.

Об этом сообщает немецкое издание Zeit со ссылкой на данные Международной организации по миграции при ООН.

Причем если брать динамику последних месяцев, ситуация еще тревожнее: в августе страна приняла 8100 мигрантов, прибывших с территории Турции, тогда как год назад их было 3200 человек.

Подавляющее большинство из них оказываются на греческих островах в Эгейском море — Лесбосе, Хиосе, Самосе, Леросе и Косе. В одном только лагере Мориа на острове Лесбос сейчас находятся 11 тысяч человек, при том, что он рассчитан на 3 тысячи.

В общей сложности в лагерях, предназначенных для 6300 беженцев, живут почти 22 тысячи, пишет другое немецкое издание WAZ, а еще 3600 человек местные власти разместили в общежитиях и небольших временных убежищах.

По другим данным, на греческих островах находятся 24 тысячи мигрантов, причем около 40% — несовершеннолетние. Из-за тяжелых санитарных условий в лагерях уже происходили волнения.

Аналогичные проблемы наблюдаются также на Кипре, причем там число заявок на получение убежища растет и после окончания самой острой фазы миграционного кризиса — чуть меньше 3 тысяч в 2016 году, 4,5 тысячи в 2017, 7,7 тысяч в 2018 году и 6,5 тысяч к сентябрю нынешнего года. Беженцы там также жалуются на условия, в которых им приходится ждать окончательного решения, и утверждают, что они не особенно улучшаются после получения легального статуса.

Кроме того, новое итальянское правительство, сформированное после развала коалиции с участием сторонника жестких антимигрантских мер Маттео Сальвини, разрешило итальянским портам пускать корабли с беженцами, спасенными в Средиземном море. Правда, это вряд ли резко увеличит число мигрантов, прибывающих в Европу в целом, потому что многих раньше принимали другие страны.

Как отмечает баварское издание Bayern Kurrier, в июле 2019 года убежища в Европе просили почти 63 тысячи человек, на 26% больше, чем месяцем раньше, и наибольшее количество с марта 2017 года.

При этом, в общем, картина все еще далека от 2015-2016 годов, когда в отдельные дни на берега тех же греческих островов спускались по 10 тысяч человек, сейчас их в среднем 260 человек. Более того, число беженцев, добравшихся до Европы по Средиземному морю, составило около 60 тысяч человек — на 20% меньше, чем в 2018 году.

Кроме того, Евросоюз пытается системно решить проблему беженцев, правда, в основном, африканских — устраивая лагеря для них в глубине Африки, например в Руанде.

Между тем многих пугает рост числа беженцев именно с территории Турции и именно на греческих островах — в 2015 году для многих беженцев это был первый пункт, с которого они отправлялись дальше в Европу.

Одна из греческих полицейских в интервью WAZ вспоминает, как быстро число беженцев возросло с 500-700 в день до 10 тысяч. Страх повторения событий 2015-2016 годов несколько раз заставлял европейские СМИ говорить о возможности нового миграционного кризиса.

Кажется, теперь для этих опасений появились реальные основания.

Из-за чего все началось?

В 2015 году границы Евросоюза нелегально пересекло, по приблизительным оценкам, около 1,8 миллиона человек — в несколько раз больше, чем годом ранее.

Большинство из беженцев прибыли из Сирии и Ирака, где самых крупных успехов достигла экстремистская группировка «Исламское государство», а также из Афганистана — это стало крупнейшим миграционным кризисом в послевоенной истории Европы. Большинство из них прибыли в Европу через Турцию.

В марте 2016 году европейские страны договорились с Турцией выделить ей 6 миллиардов евро в обмен на то, что она усилит собственную границу и заберет беженцев, нелегально прибывших в ЕС через ее территорию. Большую часть средств турецкие власти должны были потратить на устройство беженцев, на обеспечение их всем необходимым лечением и на их образование.

С самого начала договор подвергался критике как форма скрытой экономической помощи авторитарному режиму Эрдогана, траты которого фактически невозможно проконтролировать.

Тем не менее число людей, нелегально прибывших в Европу, в 2017 году едва превысило 200 тысяч человек — и эти цифры доказывали эффективность соглашения.

При этом в самой Турции в данный момент проживает 3,6 миллиона выходцев из Сирии и около 400 тысяч беженцев из других соседних стран, всего около 4 миллионов — самое большое число в мире.

В начале сентября 2019 года Эрдоган пригрозил, что откроет для беженцев путь в Европу, если европейские страны не окажут Турции дополнительную финансовую помощь.

Эрдоган требует от Европы «разделить бремя» содержания беженцев, угрожая, в противном случае, «открыть двери».

Евросоюз, в свою очередь, утверждает, что выплатил Турции 5,6 миллиарда евро и обещает перевести оставшуюся сумму в ближайшее время.

Эрдоган это всерьез?

Новых решений по поводу того, как справляться с проблемой беженцев с Ближнего Востока, у Евросоюза по-прежнему нет. Поэтому от того, насколько решительно настроен Эрдоган, во многом зависит, накроет ли Европу новая волна миграционного кризиса.

Версия первая. Да, всерьез

Угрозы Эрдогана прозвучали на фоне обострения ситуации в сирийской провинции Идлиб на границе с Турцией. Правительственные войска Башара Асада при поддержке России вот уже несколько месяцев ведут наступление в этом последнем оплоте вооруженной оппозиции. Это грозит массовым бегством местных жителей в Турцию. По приблизительным оценкам, из Идлиба могут бежать до миллиона человек.

Ключевое требование Эрдогана — создание зоны безопасности на турецко-сирийской границе, которая вклинится на 30 километров в глубь сирийской территории. Туда, по его мнению, можно переселить от 2 до 3 миллионов беженцев, не только из Турции, но и из европейских стран. От Евросоюза Эрдоган ждет финансовой поддержки в обустройстве этих земель для переселения беженцев.

Сейчас большая часть этой территории находится под контролем курдских формирований — основных союзников США в регионе и главных врагов Турции.

Формально еще в августе турки и американцы договорились о создании этой зоны безопасности, но официальная Анкара подозревает Вашингтон в саботаже, вызванном нежеланием ослаблять курдские позиции. Турция поставила срок до конца сентября, после чего пригрозила началом собственного наступления.

Фактически Эрдоган поставил Европу перед выбором: или она помогает ему деньгами и давлением на США, или получает очередное обострение в Сирии и новую волну беженцев.

Ко всему прочему, по мнению западных СМИ, на Эрдогана давит сложная обстановка внутри страны: в Турции продолжается экономический кризис, власть во многих крупных городах перешла к оппозиции, в самой правящей элите наметился раскол, и на этом фоне растут антимигрантские настроения. Кроме того, 80% турецких граждан, по данным опросов, выступают за то, чтобы правительство страны изменило свою политику в Сирии.

Версия вторая. Нет, это блеф

Сторонники этой версии исходят из того, что как раз внутриполитические проблемы помешают Эрдогану ослабить контроль на границах страны. Это, пишет The New York Times, будет грозить ему еще большей дестабилизацией ситуации, «даже если Турция станет только перевалочным пунктом на пути в Европу».

Австрийский исследователь проблем миграции Геральд Кнаус, который участвовал в разработке соглашения с Турцией в 2016 году, называет слова Эрдогана «полным блефом», нацеленным на то, чтобы получить от Европы новую порцию финансовой помощи.

По его мнению, отправить 3,6 миллиона мигрантов в Европу все равно не получится, а заботиться о них без европейской финансовой помощи Турция не сможет.

В конце концов, угроза разорвать соглашения звучала от Эрдогана неоднократно, но он до сих пор не воплотил ее в жизнь.

Из того, что слова турецкого президента не заставили европейских лидеров срочно собираться для решения проблемы, можно сделать вывод, что пока они не рассматривают его угрозу всерьез, хотя Ангела Меркель и созвонилась с Эрдоганом для обсуждения сложившейся ситуации.

Но, в любом случае, обращает на себя внимание то, что вслед за Турцией другие страны тоже начали использовать фактор беженцев как орудие политического давления на Евросоюз. Еще в мае руководство Ирана пригрозило, что вышлет из страны 3 миллиона афганских беженцев, если Европа не добьется от США снятия санкций.

Правда, до сих пор эта угроза не реализована.

Источник: https://meduza.io/feature/2019/09/21/v-evrope-vseriez-opasayutsya-novogo-migratsionnogo-krizisa-prezident-turtsii-redzhep-erdogan-grozit-pustit-v-evropu-milliony-bezhentsev-iz-sirii

Беженцы Идлиба: демагогия Запада и игры Эрдогана

Сирийские беженцы в европе. Исход XXI века: почему сирийские беженцы выбирают Европу

Новая волна мигрантов грозит захлестнуть Европу. Два миллиона новых беженцев уже готовы ринуться в страны ЕС из сирийского Идлиба, где “бесчеловечный режим Асада” при поддержке России “без разбора бомбит мирное население”. Такую версию событий в Сирии недавно озвучил президент Франции Эмманюэль Макрон.

И сразу возникли вопросы. Почему каждый раз, когда сирийская армия освобождает новый район страны, западные лидеры начинают предрекать апокалипсис и насколько такие прогнозы верны? Есть ли в Идлибе вообще такое количество людей и почему они все должны после освобождения провинции и завершения боев в этом районе ринуться в Европу?

Переводя стрелки

Заявление Макрона последовало после экстренного саммита ЕС. Саммит, к слову, с треском провалился — европейцы пытались решить, как сверстать бюджет Евросоюза после потери 11 млрд евро британских взносов в результате Brexit. Договориться, кому придется платить больше, а кто получит меньше, не получилось, все лидеры были готовы биться за свои деньги до конца.

И вот тут Макрон перевел тему на Идлиб. “Ситуация крайне опасна. Вчера погибли еще двое турецких солдат, то есть их количество исчисляется десятками с начала наступления. Это может привести к неконтролируемой военной эскалации.

В результате столкновений в Идлибе нам грозит новый миграционный кризис.

Я говорил с рядом неправительственных организаций, они оценивают в 2 млн число лиц, которые находятся там в крайне опасной ситуации или стали беженцами”, — заявил он журналистам.

“Мы видим, что в Идлибе происходит гуманитарная катастрофа. Мы видим, что силы режима (законного президента Сирии Башара Асада — прим. ТАСС), поддерживаемые Россией, продолжают свое наступление, и мы видим целый ряд рисков. Мы видим гуманитарную катастрофу, мы видим разрушенные госпитали и гуманитарные лагеря, что абсолютно неприемлемо”, — продолжил Макрон.

Отбрасывая факты

Послушать Макрона, так в Идлибе и боевиков-то нет. Только мирное население, которое планомерно уничтожается Дамаском и Москвой.

Сирийская армия и ВКС РФ почему-то особенно старательно уничтожают объекты инфраструктуры на территории, которая в скором будущем перейдет под контроль сирийского правительства.

Турецкие же солдаты вообще непонятно откуда там взялись. Возможно, гуманитарную помощь раздавали.

Макрон, как и многие другие западные политики, напрочь игнорирует неудобные факты, нажимая на эмоции. Не важно, что наступление сирийской армии в Идлибе стало результатом обстрелов со стороны боевиков, которые и не думали соблюдать предложенное Россией и Турцией прекращение огня.

Не имеет значения, что за все время существования идлибской зоны деэскалации Анкара палец о палец не ударила, чтобы провести фильтрацию боевиков и обеспечить мирную интеграцию наиболее умеренной части из них в сирийское государство, что изначально снимало бы необходимость военного освобождения региона. Не принципиально, что после начала освобождения провинции Турция стала спешно перебрасывать туда на поддержку боевикам военную технику и армейский спецназ, пытаясь сохранить статус-кво и свой иллюзорный контроль над Идлибом.

Сложная статистика

Однако, игнорируя эти факты, Макрон назвал вполне конкретную цифру — 2 млн беженцев.

Откуда приедут эти беженцы и есть ли в Идлибе вообще столько людей? Согласно официальным сирийским данным, население всей провинции Идлиб до войны составляло 1,5 млн человек (данные на 2011 год).

С тех пор единственные оценки количества гражданского населения Идлиба, которым можно сколько-нибудь доверять, есть только у ООН.

Чтобы получить последнюю информацию о ситуации в этой провинции, мы обратились к Йенсу Ларке, официальному представителю Управления ООН по координации гуманитарных вопросов (УКГВ), также задав ему вопрос о методологии ведения статистики ООН в этом регионе.

Его ответ звучит следующим образом: “По последним оценкам населения региона от июля 2019 года (то есть до начала наступления сирийской армии, которая уже освободила значительную часть провинции), в Идлибе и прилегающих районах находятся более 3 млн мирных жителей. Последние оценки свидетельствуют, что порядка 948 тыс. человек покинули свои дома с 1 декабря в пострадавших районах провинций Идлиб и Алеппо, большинство которых составляют женщины и дети”. 

Ответ на вопрос о методологии подсчетов оказался менее конкретным: “Сопоставляются различные источники информации, чтобы на их основании прийти к возможно более точным оценкам. Что касается внутренних беженцев, партнеры ООН в регионе занимаются оценкой их перемещения на северо-востоке Сирии.

Дополнительные уточняющие расчеты также осуществляются по мере необходимости. Наши оценки основаны на данных почти 100 наблюдателей, находящихся на северо-западе Сирии.

Данные по отдельным районам затем сопоставляются с общей информацией, предыдущими данными о перемещениях беженцев, которые оставили свои дома в течение прошлой недели”.

Впрочем, он уточнил, что ситуация на северо-западе Сирии исключительно быстро меняется, особенно в последние дни.

Нет абсолютно никаких оснований ставить под сомнение профессионализм статистических расчетов и методик ООН. За одним маленьким “но”. Все цифры статистические службы ООН получают от местных контракторов.

То есть от неправительственных организаций и местных жителей на контролируемой боевиками территории. Никаких независимых источников информации в Идлибе просто не существует.

То есть “сырые” цифры являются самым слабым звеном всей статистики ООН.

В целом, по оценкам ООН, получается, что мирное население провинции Идлиб за шесть лет войны выросло вдвое, видимо, за счет беженцев из других регионов Сирии. 

В Идлиб вывезли несколько тысяч боевиков с семьями из разных регионов Сирии. Тех, кто сдавался в других анклавах и был настроен слишком радикально, чтобы попытаться вернуться к мирной жизни. Однако речь там идет всего о паре десятков тысяч человек.

В частности, из соседнего Алеппо после освобождения города сирийскими войсками в 2016 году, вопреки предсказаниям ООН о 40–50 тыс. беженцев, были вывезены на автобусах лишь порядка 9,5 тыс.

человек, согласно данным Российского центра по примирению враждующих сторон.

Согласно циркулирующим в западных СМИ цифрам, количество мирного населения на территории Идлиба в 2018–2019 годах оценивается от 2 до 4 млн человек. Однако сам огромный разброс этих цифр ставит под сомнение их точность. Плюс, повторюсь, отсутствие независимых источников информации.

Да, страдания мирного населения во время войны, по какую бы сторону линии фронта люди ни находились и сколько бы их ни было, — это страшно. Да, людей нужно выводить, спасать, кормить и лечить.

Да, военные и комбатанты обязаны оказывать помощь мирному населению и стремиться избегать гражданских жертв.

Но в реальности, увы, соблазн для боевиков прикрываться гражданскими от обстрелов слишком велик, также как велик соблазн для политиков использовать гуманитарные проблемы для проталкивания своих целей.

Живой щит

Примеры конкретной дезинформации по беженцам Идлиба привел руководитель российского Центра по примирению враждующих сторон в Сирии контр-адмирал Олег Журавлев. 21 февраля он опроверг на брифинге для журналистов утверждения западных СМИ о “сотнях тысяч” сирийских беженцев, бегущих к границе.

“Информация о якобы потоках “сотен тысяч” мирных жителей провинции, устремившихся к сирийско-турецкой границе из-за боевых действий между террористами и сирийскими правительственными войсками на востоке провинции [Идлиб], не соответствует действительности, — сказал он. — Никаких верифицируемых фото- и видеоматериалов, любых иных свидетельств, подтверждающих заявления о перемещении к сирийско-турецкой границе якобы “около миллиона” беженцев из зоны деэскалации Идлиб, не существует”.

По словам адмирала, все основные транспортные артерии на севере провинции на протяжении последних нескольких недель функционируют в обычном режиме, что и позволило осуществить переброску на территорию зоны деэскалации со стороны Турецкой Республики многокилометровых колонн боевой техники и грузового автотранспорта с боеприпасами и материальными средствами турецких войск.

В настоящее время именно террористы, прикрываясь местными жителями в качестве живого щита, блокируют все пути выхода сирийских граждан через организованные Центром по примирению враждующих сторон и Сирией гуманитарные коридоры к пунктам пропуска.

Реальная миграционная угроза

Однако для миграционных опасений Макрона есть еще одна и очень серьезная причина. Но находится она не в Сирии, а в Турции. Дело в том, что у президента Турции есть мощный козырь против европейских стран, которые Анкара сейчас активно обрабатывает, чтобы они давили на Россию для немедленного прекращения боевых действий в Идлибе.

В лагерях на территории его страны находятся до 3,5 млн сирийских беженцев, которым он закрыл дорогу в Европу в 2016 году в рамках сделки с ЕС, чем смог купировать самый острый миграционный кризис в истории Евросоюза.

В обмен Брюссель выплатил Турции 6 млрд евро “на содержание беженцев”.

В то же время Брюссель также обещал Турции безвизовый режим, но не сдержал слово, поскольку ведущие сраны Евросоюза, включая Германию и Францию, заблокировали это решение.

Теперь Эрдоган в переговорах с европейцами требует от них работать над остановкой наступления в Идлибе, грозя миграционными потоками из этой провинции.

Тогда как в реальности он может просто выпустить через свою западную границу из турецких лагерей те несколько миллионов сирийцев, которые все еще хотят попасть в Европу.

Это прекрасно понимают лидеры Германии и Франции, но предпочитают не называть вещи своими именами.

В ЕС также обсуждается тема высокого террористического потенциала реальных мигрантов из сегодняшнего Идлиба, куда на протяжении всей войны свозили со всех регионов Сирии остатки разбитых бандформирований из наиболее непримиримых боевиков, отказывавшихся вернуться к мирной жизни на освобожденных территориях страны. В результате восстановления государственного контроля Дамаска над Идлибом часть этих людей может оказаться в другой взрывоопасной зоне — в Ливии, а часть — просочиться в Европу.

ЕС также не может не тревожить тот факт, что многие радикальные боевики, вышедшие из рядов так называемой Сирийской свободной армии, считают, что Запад их предал, что стало результатом их поражения.

Военное решение конфликта

И последнее. Освобождение Идлиба станет, по сути, концом войны в Сирии, военной победой Асада. То есть тем самым военным решением конфликта, о невозможности которого длительное время заявляли западные политики.

Кстати, что “у конфликта в Сирии нет военного решения”, они говорили не всю войну.

А лишь с того момента, когда сирийская армия при поддержке ВКС РФ переломила ход боевых действий и начала одерживать победы, постепенно освобождая территорию страны.

Перспектива завершения войны в Сирии не нравится очень многим игрокам. Турция должна была бы с нетерпением ждать возможности вернуть в Сирию 3,5 млн беженцев со своей территории. В реальности Анкара всеми силами стремится сохранить под своим влиянием (реальный объем которого неочевиден) приграничные сирийские территории.

США могут сохранять свое присутствие и контроль над месторождениями на северо-востоке Сирии только до тех пор, пока страна находится в состоянии хаоса и боевых действий. После этого им придется либо выводить свои войска, если они не хотят конфликта с Москвой и Дамаском.

При этом, пока на территории Сирии остается один или несколько неподконтрольных центральному правительству замороженных анклавов, можно тянуть статус-кво годами под видом мирного политического процесса, свою неспособность на который уже доказали остающиеся в Идлибе группировки.

Объем реальных потерь и для Анкары, и для Вашингтона не столь уж велик, однако с политической и имиджевой точки зрения окончательная победа Дамаска станет для них поражением. Совершенно так же воспринимают ситуацию в Сирии европейцы.

Они не выигрывают и не проигрывают от продолжения войны в Сирии (все беженцы, которые могли оттуда уже бежать, бежали), однако после почти восьми лет программных заявлений в духе “мясник Асад должен уйти” видеть восстановление государственности страны под руководством все того же Башара Асада, который даст максимальные экономические преференции России, — это очень больно.

Удобные гуманитарные катастрофы

Вся реакция Запада на успешное наступление сирийской армии в Идлибе, которая уже смогла освободить от незаконных вооруженных формирований почти половину территории провинции, — совершенно традиционная. Обвинения в ударах по мирным жителям, заявления о гуманитарной катастрофе и требования перемирия ради срочной доставки гуманитарной помощи.

Точно так же выглядели заявления в период освобождения другого бастиона боевиков — Алеппо в конце 2016 года, когда даже генсек не играющей никакой практической роли в Сирии НАТО Йенс Столтенберг непрерывно заявлял о гуманитарной катастрофе в городе и об угрозе волны беженцев из Алеппо, как только город падет.

Конечно же, как только город был освобожден и мирная жизнь начала восстанавливаться, а беженцы, напротив, начали возвращаться в Алеппо, все предыдущие заявления были немедленно забыты. Столтенберг и его коллеги также полностью утратили желание доставлять мирным жителям Алеппо гуманитарную помощь.

При этом, когда США ровняли с землей ковровыми бомбардировками столицу террористической организации “Исламское государство” (ИГ, запрещена в России) сирийскую Ракку или душили блокадой иракский Мосул, также находившийся под контролем ИГ, заявлений о гуманитарных катастрофах из столиц стран ЕС и НАТО не было слышно. Так, что-то вскользь о сложной ситуации местного населения.

Источник: https://tass.ru/opinions/7830117

Почему арабские страны не принимают беженцев?

Сирийские беженцы в европе. Исход XXI века: почему сирийские беженцы выбирают Европу

В то время, когда Европа суммарно приняла больше 3-х миллионов беженцев из Сирии и Ливии, богатейшие арабские страны Персидского залива наглухо закрыли свои границы. Почему братские державы Востока не дают приют беженцам-единоверцам?

Речь идет о государствах Персидского залива – Саудовская Аравия, Бахрейн, Катар, Кувейт и Объединенные Арабские Эмираты – богатейшие державы не только Востока, но и всего мира.

Примечательно, что менее благополучные арабские страны свои границы открыли. Например, Египет, Турция, Иордания, Ирак и Ливан не просто приняли поток беженцев, а взяли на себя основную его часть.

1. Отсутствие места

В странах Персидского залива очень много мигрантов. Представители Юго-Восточной Азии, Африки, Индии, Египта, Китая, а также, в меньшей степени, приезжие из европейских стран, России и США – все они являются основной рабочей силой в богатых арабских странах.

Например, трудоспособное население Катара на 70% состоит из мигрантов. Все ниши, которые могли бы занять беженцы в Катаре, уже заняты вышеперечисленными людьми, прибывшими сюда по рабочей визе.

Ко всему нужно учитывать, что Катар, Кувейт и другие – это страны с маленькой территорией и населением. Например, если беженцы в Германии стали лишь 0.3% от местного населения, то в том же Катаре этот процент будет значительно выше, что принесет значительные проблемы хозяевам.

Исключением является Саудовская Аравия. Однако, данная страна переживает ряд собственных проблем (волнения шиитского меньшинства на востоке страны, война в Йемене, политическое и религиозное противостояние с Ираном и т.д.).

2. Боязнь проникновения радикалов

Как считает кандидат исторических наук, эксперт по Ближнему Востоку Сергей Серегичев, беженцев также не принимают из соображения безопасности. Руководство стран не безосновательно опасается, что под видом мирных жителей, бегущих от войны, на их территорию могут проникнуть радикально настроенные элементы.

Учитывая, что государства Персидского залива поддержали повстанцев, противников правительства Башара Асада, часть населения Сирии может попытаться отомстить арабам, как только у них представится возможность. Подобная ситуация произошла и в Ливии.

В сущности, Саудовская Аравия с соседями приняли активное участие в конфликтах на Ближнем Востоке, став одной из причин сложившейся катастрофы – разрухи, голода, анархии, появлению радикальных неуправляемых группировок. Впускать все эти явления к себе домой арабы не готовы.

3. Деньги

Прием и обеспечение беженцев – это очень дорогое и неблагодарное дело. Учитывая, что все рабочие места уже заняты мигрантами, приспособить беженцев к работе невозможно, а содержать их, исходя из человеколюбия, никто не собирается. К тому же, беженцы, зачастую, повышают криминальную обстановку.

Как говорят эксперты, люди в этих государствах смотрят на других арабов свысока. Они считают, что и так кормят весь Восток, давая им возможность заработать. Данное заявление также справедливо, переводы от мигрантов, работающих в зоне Персидского залива, составляют значительную часть бюджета Египта, Ливана, Иордании и др.

Таким образом, арабские страны готовы принимать рабочих мигрантов, но праздных беженцев отказываются. Правда, стоит заметить, что получить рабочую визу в Саудовской Аравии сложнее, чем сделать тоже самое где-нибудь в Европе.

Однако, сказать что арабские страны совсем абстрагировались нельзя. Например, с 2012 по 2015 гг. Кувейт оказал поддержку беженцам в 800 млн долларов, Саудовская Аравия на 364 млн. Постоянно проводятся конференции для сбора материальной помощи, которая потом передается в фонд помощи Сирии.

Реакция Запада на “арабскую взаимопомощь”

Верховный комиссар ООН по делам беженцев Антониу Гутерриш, вице-канцлер ФРГ Зигмар Габриэль, международная правозащитная организация Amnesty International и другие, выступили с резкой критикой арабских стран закрывших свои границы для беженцев. Позиция арабских стран от этого нисколько не изменилась.

Как отмечают эксперты, арабские монархи организацию ООН и западные державы никак не воспринимают. В полемику они, конечно, не вступают. Просто слушают, во всем соглашаются, но делают по-своему.

Для саудовцев и катарцев важно лишь одно мнение – мнение США, поскольку именно с этой страной арабов тесно связывают нефтяные и денежные взаимоотношения.

А США на этот счет отмалчивается, поскольку также не собирается провоцировать конфликт с важным партнером.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5ad340010422b4c791a5a161/5d8144443642b600ac892ae1

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.